Ответное слово Постоянного представителя России при ООН В.И.Чуркина по итогам голосования по проекту резолюции Совета Безопасности ООН о создании международного уголовного трибунала по катастрофе самолета Малайзийских авиалиний MH-17, Нью-Йорк, 29 июля 2015 года

Чуркин 2 (1)

Наше сегодняшнее заседание прошло очень эмоционально, что и понятно. Иногда, правда, возникал вопрос: есть ли предел политической эксплуатации чувств родственников погибших, переживающих чудовищную трагедию? Некоторые высказывания в отношении России в этой связи я считаю оскорбительными и недостойными дипломатов.

Теперь по существу. Мы свои мотивы изложили в нашем выступлении. Непонятно, почему отсутствие согласия по одной форме судопроизводства приравнивается к безнаказанности. Мы предлагали и подтверждаем свое предложение изучить разные возможные варианты судопроизводства. Среди них есть, на наш взгляд, более простые, эффективные, уместные и менее политизированные. На них и надо сосредоточиться.

Теперь о выступлении министра иностранных дел Украины г-на П.Климкина.

Г-н П.Климкин попытался выступить с позиций морального и даже религиозного превосходства. Говорил о недопустимости безнаказанности, о необходимости сотрудничества. У меня в этой связи есть вопросы к украинскому министру. Зачем гражданские самолеты направляли в зону, где идут военные действия? В зону, где украинские вооруженные силы воюют в том числе и с использованием авиации. Где летают военные транспортники. Зачем отправляли в эту зону гражданские самолеты? Пассажиры малайзийского «Боинга» могли не знать, что у вас вооруженный конфликт. Малайзийские авиационные власти в конце концов могли не знать, что у вас вооруженный конфликт. Но вы-то прекрасно знали. Почему вы это делали? Из жадности или по каким-то другим соображениям? Почему до сих пор не предоставили для расследования записи переговоров ваших военных авиадиспетчеров? Наказали кого-нибудь за это на Украине? Вот вам и безнаказанность! Будем надеяться, что расследование разберется и в этом и наказание наступит и в отношении тех, кто сбивал самолет и тех, кто направлял его в зону военных действий.

И самое последнее. Трагедия малайзийского авиалайнера — тяжелейшее испытание не только для стран, граждане которых погибли в катастрофе, но и тяжелейшее испытание для дипломатов, которым приходится заниматься этим вопросом, для политиков соответствующих стран, для экспертов, следователей, которые продолжают работать. Мы этот путь должны пройти вместе. К сожалению, сегодняшнее заседание вряд ли способствует этому совместному движению к цели выяснения всех обстоятельств этой трагедии и наказания виновных. Но Россия, как я сказал в ходе своего выступления, готова возобновить эту работу. На экспертном, дипломатическом и любом другом уровне. Давайте с завтрашнего дня к этой работе и перейдем.