Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции по итогам переговоров с Министром иностранных и европейских дел Великого Герцогства Люксембург Ж.Ассельборном, Москва, 3 июля 2015 года

Лавров Ассельборн

Уважаемые дамы и господа,

Мы провели переговоры, которые прошли весьма полезно в присущем нашему диалогу с Люксембургом конструктивном ключе.

Люксембург – наш давний партнер, который уверенно утвердился в числе крупнейших иностранных инвесторов в России. Констатировали сохраняющийся интерес деловых кругов обеих стран к углублению сотрудничества. Приветствуем активную работу на российском рынке таких флагманов люксембургской промышленности, как «Пауль Вюрт» в сфере металлургии, «Гардиан Индастриз». Недавно в Тольятти было создано совместное предприятие «Аккумалюкс Россия» – это высокотехнологичное производство. Договорились, что будем развивать и поддерживать интерес наших деловых кругов к согласованию и реализации новых проектов.

У нас хорошее взаимодействие и в финансовом секторе.

Развиваются контакты между российскими регионами, среди которых активнее всех с люксембургскими партнерами работают Москва и Калуга. Хорошие контакты в сферах науки, образования; готовится и близка к завершению Программа культурных обменов на ближайшие три года.

К нашему обоюдному сожалению, общее состояние отношений между Россией и Евросоюзом, введение санкций в одностороннем порядке против Российской Федерации не помогают развивать торгово-экономические связи. Товарооборот России с Люксембургом в январе-апреле текущего года снизился более чем на 30 процентов. При этом в первую очередь пострадал люксембургский экспорт в Российскую Федерацию. Мы заинтересованы в том, чтобы остановить эти негативные тенденции и восстановить позитивную динамику.

Договорились, что в этом плане важно активизировать работу Смешанной комиссии по экономическому сотрудничеству между Россией и Бельгийско-Люксембургским экономическим союзом. Предварительно условились подготовить ее очередную, уже десятую сессию в первом квартале 2016 г.

Немало внимания уделили отношениям между Российской Федерацией и Европейским союзом с учетом, прежде всего, того, что 1 июля с.г. начат период председательства Люксембурга в Совете ЕС на ближайшие полгода. Рассчитываем, что наши люксембургские коллеги внесут вклад в оздоровление обстановки в Европе и в преодоление спада в российско-есовском диалоге.

Считаем, что в нынешней ситуации особенно востребованы усилия по стиранию разделительных линий на континенте, упрочению атмосферы взаимопонимания. В этой связи затронули перспективы гармонизации европейского и евразийского интеграционных процессов с тем, чтобы в конечном итоге выйти на формирование в перспективе единого экономического и гуманитарного пространства от Атлантики до Тихого океана. Напомню, что задачи развития связей между Евросоюзом и Евразийским экономическим союзом были подтверждены в Декларации лидеров России, Германии, Франции и Украины, которая была подписана в Минске 12 февраля с.г. и была посвящена поддержке Минских договоренностей об урегулировании кризиса на Украине.

По понятным причинам этому кризису уделили особое внимание. Мы и люксембургские коллеги согласны с безальтернативностью выполнения всех без исключений положений Минских договоренностей от 12 февраля. Подчеркнули, что важнейшая составляющая успешного движения в этом направлении – налаживание прямого взаимоуважительного диалога между Киевом, Донецком и Луганском, без которого невозможны ни устойчивое политическое урегулирование, ни преодоление других проблем, которые требуется решить в соответствии с «Комплексом мер» от 12 февраля.

Подробно обменялись оценками происходящего в эти дни в контексте украинского урегулирования. У российской стороны вызывает глубокую озабоченность неспособность или нежелание киевских властей выполнять свои обязательства по согласованию с Донецком и Луганском модальностей проведения местных выборов, привлечь представителей провозглашенных республик к разработке новой конституции. Вызывает озабоченность, что в проекте конституции, которую подготовили без их участия, ни одно требование Минских договоренностей в отношении этого документа не выполнено – не отражены задачи по обеспечению на постоянной основе особого статуса этих территорий, децентрализации полномочий в соответствии с тем перечнем, который буквально и подробно воспроизведен в минском документе от 12 февраля.

С нашей стороны высказали, мягко говоря, удивление позицией Евросоюза, который, принимая решение о продлении односторонних санкций, заявил, что они могут быть пересмотрены, если Российская Федерация выполнит Минские договоренности. Каких-либо требований о выполнении Минских договоренностей в адрес Киева из Евросоюза не прозвучало, хотя подавляющее большинство пунктов этого документа предполагают инициативные шаги именно киевских властей. В таком случае получается парадокс – чем активнее Киев будет торпедировать Минские договоренности (а там этим активно занимаются), тем более «виноватой» окажется Российская Федерация. Думаю, что такой подход всем уже понятен. Это абсурдная позиция.

Рассчитываем, что контакты, которые мы проводим с нашими европейскими коллегами (Францией и Германией – участниками «нормандского формата»), сегодняшние переговоры, а также ознакомление с реальной ситуации в сфере политического процесса, предусмотренного Минскими договоренностями, позволит нашим партнерам составить более объективную картину и предпринять необходимые шаги по оказанию воздействия на киевские власти, чтобы они не увиливали от своих обязательств.

Считаем, что важная роль в сопровождении и содействии выполнению «Минска-2» принадлежит ОБСЕ, работающей в Украине специальной мониторинговой миссии (СММ). В целом, она заслуживает высокой оценки. Хотелось бы, чтобы миссия уделяла внимание не только функции мониторинга в зоне соприкосновения сторон, но и другим положениям своего мандата, в том числе наблюдению за состоянием прав человека на всей территории Украины, а также в областях, которые перечислены в мандате СММ.

У нас с Евросоюзом общие интересы в том, чтобы противодействовать террористической угрозе. Т.н. «Исламское государство» опасно разрастается на Ближнем Востоке, охватывая значительные территории многих государств. С противодействием этому злу связана задача объединения усилий всех тех, кто понимают приоритет антитеррористической борьбы. Убеждены, что на этой основе можно более эффективно искать политические пути к урегулированию ситуации в Сирии, Ливии, Йемене, Ираке и в этом регионе в целом.

С пониманием относимся к озабоченностям Евросоюза, которые изложил сегодня наш коллега, касающимся наплыва нелегальных мигрантов из Африки, прежде всего через Ливию, в страны ЕС. Мы знаем о разрабатываемых в ЕС схемах противодействия этой угрозе, направленных на пресечение этого преступного бизнеса по организации перевозок нелегальных мигрантов. Исходим из того, что схемы, которые разрабатываются в ЕС, будут в полной мере отвечать нормам международного права, а также станут предметом рассмотрения СБ ООН, если в них пойдет речь о применении каких-то принудительных действий.

В целом очень доволен нашими переговорами. Всегда ценю откровенный, открытый характер нашего диалога с моим коллегой и давним другом. Благодарю его за сегодняшние переговоры.

Вопрос (адресован Ж.Ассельборну): Как нам пояснили в МИД Финляндии, Хельсинки консультировался с партнерами по Евросоюз, прежде чем запретить въезд в Финляндию участникам российской делегации в Парламентской Ассамблее ОБСЕ (ПА ОБСЕ), чьи имена фигурировали в «черном списке» ЕС. Спрашивала ли Финляндия мнение Люксембурга как председателя Европейского союза? Как бы Вы прокомментировали заявление России о том, что этот отказ – нарушение международных обязательств Финляндии?

С.В.Лавров (добавляет после Ж.Ассельборна): Я удивлен, что наших люксембургских коллег не спрашивали об этом. Мы наводили справки, и нам сказали, что спрашивали всех членов ЕС, из которых три страны из числа «новичков» ответили отказом. Наша позиция заключается в том, что ЕС здесь не причем: Финляндия приглашала к себе на сессию ПА ОБСЕ не как член ЕС, а как участник член ОБСЕ. В этом качестве все остальные члены ПА ОБСЕ приняли приглашение Финляндии провести свою сессию в Хельсинки. Здесь, конечно, идет речь о невыполнении страной-хозяйкой международного мероприятия своих обязательств – и об элементарной невежливости.

Вы процитировали заявление российского МИД, в котором говорится, что Финляндия нарушила свои международные обязательства. Это так. Но Финляндия нарушила не только международные обязательства, но и то самое решение ЕС, которым в одностороннем порядке были введены санкции в отношении некоторых российских политиков, включая парламентариев. В том решении записано, что для целей участия в мероприятиях по линии международных организаций санкционный режим не действует, и визы должны выдаваться. Среди организаций, которые подпадают под это исключение напрямую упомянуто ОБСЕ. Наши финские коллеги пытаются объяснить, что дело в том, что ОБСЕ упомянуто, а ПА ОБСЕ – нет. По-моему, это смешно и даже оскорбительно для парламентского органа ОБСЕ.

Вопрос: Сейчас складывается ощущение, что все принимаемые Президентом Украины П.А.Порошенко решения, в частности, о непредоставлении особого статуса Донбассу, идут вразрез с Минскими соглашениями. Создается впечатление, что Киев просто ставит крест на всех достигнутых договоренностях. Как Вам видится такая ситуация?

С.В.Лавров: Мы сегодня подробно информировали наших люксембургских гостей об основанных на фактах оценках, которые касаются невыполнения Киевом Минских договоренностей. Это относится и к особому статусу Донбасса, и к проведению выборов по согласованию с Донецком и Луганском, и к осуществлению конституционной реформы (опять же по согласованию с этими провозглашенными республиками), и к снятию экономической блокады, от которой страдают простые люди, и к обязательству осуществить амнистию всех участников событий на Юго-Востоке Украины. Ситуация тревожная, потому что наблюдается тенденция, когда нынешние украинские власти, начиная с государственного переворота, регулярно демонстрируют свою недоговороспособность.

Было соглашение от 21 февраля 2014 г. между тогдашним президентом В.Ф.Януковичем и лидерами оппозиции, которые сейчас представляют украинскую власть. Соглашение было не то, что нарушено, оно было разорвано на утро после его подписания, когда состоялся госпереворот. Потом наши западные коллеги, в том числе те, кто свидетельствовали заключение того соглашения, разводили руками и говорили, что «поезд ушел» и надо иметь дело с новой реальностью. Затем проходила встреча в Женеве 17 апреля 2014 г. с участием России, США, ЕС и Украины на уровне министров, где было принято заявление, которое требовало немедленно начать общенациональный диалог с целью проведения конституционной реформы с участием всех регионов Украины. Ничего не происходило, а нам потом сказали, что ситуация изменилась, прошли президентские, а затем и парламентские выборы – давайте, мол, думать, что делать дальше. Потом в сентябре 2014 г. были заключены Минские соглашения. И, наконец, 12 февраля с.г. выработана Минская договоренность – «Комплекс мер» по украинскому урегулированию. В отличие от всех предшествующих этот документ был одобрен резолюцией Совета Безопасности ООН. Прошу обратить на это особое внимание – он фактически обрел силу международного закона.

Сейчас в ходе контактов в рамках «нормандской четверки» и с некоторыми другими нашими партнерами, которые интересуются положением дел в украинском урегулировании, у меня складывается впечатление, что у некоторых появляется искушение пересмотреть «Минск-2», как бы сославшись на то, что украинская власть, мол, кое-что пытается делать – какую-никакую конституционную реформу провела, да, без участия Донецка и Луганска, но все-таки реформа-то состоялось; и по выборам готова осуществить то, что обязалась, но, правда, без согласования с Донецком и Луганском, но тем не менее все-таки местные выборы состоялись. Я предупредил наших западных коллег в Европе и Госсекретаря США Дж.Керри, когда мы с ним встречались, что это неприемлемо. Минский пакет – он и есть пакет и не может быть разрушен. По-английски он так и называется «package of measures» – «Комплекс мер». Попытки выдернуть оттуда один аспект, который будет устраивать нынешние киевские власти, а остальные элементы, которые балансируют интересы сторон и обеспечивают законные интересы Донецка и Луганска, позабыть, не пройдут. Мы просим наших западных коллег – не надо сейчас создавать ситуацию, когда в какой-то момент нам скажут, что все, что можно было сделать с «Минском-2», из него «выжали», дальше есть объективные сложности у украинского руководства, давайте еще раз соберемся и придумаем какой-нибудь «Минск-3», который будет учитывать новое развитие событий, потому что время идет, появляются новые реалии. Мы будем категорически настаивать на том, чтобы на этот раз в отношении выполнения Минского комплекса мер от 12 февраля, одобренного резолюцией Совета Безопасности ООН, все было не как всегда, а по-честному.

С.В.Лавров (добавляет после комментария Ж.Ассельборна): Я именно об этом сейчас и говорил, и именно от этого предостерегал. Я знаю, что украинская конституция разрабатывается в сотрудничестве с Венецианской комиссией. А в Минских соглашениях Венецианская комиссия не упомянута – там написано, что конституция должна разрабатываться по согласованию с Донецком и Луганском. Это подтверждает мои слова и опасения, что у кого-то появляется искушение сделать вид, что, пусть в измененном виде, но все-таки с благословения Венецианской комиссии Минские соглашения выполняются. Еще раз подчеркну: ключ к успеху в деле урегулирования украинского кризиса лежит в прямом диалоге между Киевом, Донецком и Луганском. Не потому, что мы этого хотим, а потому что это обязательство закреплено резолюцией Совета Безопасности ООН. Конечно, если в дополнение ко всему, что необходимо сделать по «Минску-2», Венецианская комиссия внесет свой вклад, это будет прекрасно.

Вопрос: Находясь в Москве, Генеральный секретарь ЛАГ Н.Араби заявил, что в рамках ЛАГ создаются совместные войска из числа большинства арабских стран для борьбы против «Исламского государства» («ИГ»). Обсуждался ли этот вопрос с Россией, и как он перекликается с выдвинутой Президентом России В.В.Путиным идеей создания коалиции против «ИГ» с участием Сирии? Может ли вместе с Правительством САР в антитеррористической коалиции также участвовать здоровая сирийская оппозиция?

С.В.Лавров: Об этой инициативе создания коллективных сил арабских стран уже говорится достаточно давно. С этой идеей выступили наши египетские коллеги, она сейчас обсуждается в рамках ЛАГ. Если эта Организация считает, что есть пути повысить эффективность совместной борьбы с террористической угрозой, мы это будем только приветствовать. Когда такие структуры будут созданы, если потребуется какая-то поддержка с нашей стороны, прежде всего политическая, правовая, может быть, в Совете Безопасности ООН, мы, конечно, ее окажем.

Что касается соотношения между этой идеей и инициативой Президента России о формировании единого фронта борьбы с «ИГ» и прочими террористическими группами, то В.В.Путин предложил, чтобы все страны региона объединили свои возможности. Это касается и Сирии, причем как сирийской армии, так и сирийской оппозиции, в том числе вооруженной, которая выступает за сохранение суверенной, территориально целостной, светской Сирии, не подверженной каким-либо экстремистским проявлениям, обеспечивающей равные права всем этно-конфессиональным группам. Это касается и сирийских курдов, и других стран региона – Ирака, Ирана, Турции, Саудовской Аравии. Россия не навязывает каких-либо схем, мы просто видим, что существующие между целым рядом государств региона противоречия отвлекают от главной задачи – от борьбы с терроризмом. Эти противоречия могут подождать, они не являются приоритетом, потому что темпы разрастания «ИГ» и распространения его влияния требуют сейчас выбора главной задачи – остановить эту террористическую структуру, не позволить ей создать т.н. «халифат» – а именно такую цель террористы перед собой ставят. Поэтому мы будем открыты к дискуссиям, к консультациям и со странами региона, и с теми внерегиональными государствами, которые могут оказать содействие в антитеррористической борьбе. Конечно же, будем, прежде всего, полагаться на то, какие формы и методы сами страны Ближнего Востока и Севера Африки считают для себя наиболее приемлемыми и эффективными.

Вопрос: Планирует ли Россия оказать Греции помощь, в том числе финансовую?

С.В.Лавров: На этот вопрос уже отвечал Министр финансов России А.Г.Силуанов. Он, по-моему, сказал, что в настоящий момент таких обращений у нас на рассмотрении нет.